«Я стала внимательнее относиться к найму, всегда проверяю наличие кредитов и судимостей». Истории предпринимателей, которые столкнулись с воровством сотрудников

В 2021 году у нас было около 13 трапезных. Я устал от операционки и полностью передал управление сетью двум ключевым сотрудникам — управляющей и шеф-повару. Мне тогда казалась привлекательной идея бизнеса без владельца: ты где-нибудь на острове, а прибыль капает. Этим и воспользовались мои топ-менеджеры и в течение четырёх месяцев систематически похищали сырьё и расходники.

Сначала я заметил странные расхождения в накладных: сырьё заказывали на нашу базу, но в себестоимость блюд они не ложились. Я начал глубже копать в учёте, а окончательно схема раскрылась благодаря одному из администраторов. Девушка пришла ко мне и рассказала, что управляющая предложила ей передавать заказы в стороннее кафе за 20% отката. Этот разговор она записала на диктофон. Тогда у меня пазл и сложился.

Схема оказалась дерзкой. Оказалось, управляющая и шеф-повар открыли своё секретное кафе в 500 метрах от одной из наших трапезных. Шеф-повар оформлял на нашу базу лишние продукты, а фактически часть сырья уезжала туда. Они планировали полностью перехватывать наши поминальные заказы, используя наши же ресурсы. Прямой ущерб составил около 800 тысяч рублей, но если бы схема не раскрылась, он мог быть куда больше.

Управляющую я вызвал на разговор и сразу же уволил. Шеф-повар понял, к чему всё идёт, и сбежал, написав заявление по собственному желанию. Я не стал вести с ними никакие переговоры: обратился в ОБЭП, подключил частную службу безопасности и начал тотальную проверку. Но уголовное дело в итоге не возбудили: доказательств оказалось недостаточно, потому что часть расчётов проходила наличными. Вернуть стоимость похищенных продуктов тоже не удалось. Справедливость восторжествовала иначе: их «серое» кафе, лишившись бесплатной кормовой базы, закрылось через четыре месяца.

После этой истории служба безопасности побеседовала со всеми сотрудниками и проверила досье каждого из них. Она же подсказала мне слабые места в системе: где нужно усилить учёт, установить дополнительные пароли или ограничить доступ, чтобы информация никуда не утекала. Также я полностью перестроил систему контроля в трапезных: внедрил жёсткое видеонаблюдение, прозрачный складской учёт и нанял независимого бухгалтера-калькулятора.

Ещё один вывод из этой ситуации касался родственных связей внутри команды. Муж управляющей был поваром в моей компании и подчинялся непосредственно шеф-повару. В итоге получилась связка из трёх человек, которые занимались хищениями. Теперь я не допускаю, чтобы на ключевых должностях, связанных с финансами и складом, работали родственники или друзья. Также тревожный сигнал для владельца — когда команда сопротивляется инвентаризациям и ротации, пытается изолировать руководителя от линейных сотрудников или предлагает работать по «серым» схемам.

Первый случай воровства произошёл в 2018 году, когда я только открыла первую студию лазерной эпиляции. Тогда никакой CRM, отдельного администратора и нормальной системы контроля у нас не было. Клиентов записывали просто в Google Календарь.

У меня появилась мастер, которая сама предложила помогать с записью клиентов по телефону. Я тогда ещё подумала: как же мне повезло с сотрудником — человек проявляет инициативу. Как оказалось позже, это была не столько инициатива, сколько холодный расчёт. Мастер сама принимала звонки, записывала клиентов и проводила им процедуры. Только часть этих людей в Google Календарь не попадала. Клиент приходил, получал услугу, платил, а деньги мастер забирала себе. Для меня такого посетителя как будто не существовало.

Причём началось всё постепенно. Насколько я смогла потом восстановить картину, сначала мастер проводила мимо учёта 30% клиентов, потом уже около половины. Видимо, поняла, что никто ничего не замечает, и стала делать это чаще. Клиентов тогда было много: лазерная эпиляция активно набирала популярность, а мы в Красноярске были одними из первых.

Обман я обнаружила случайно. Приехала в студию, стала просматривать бумажные анкеты клиентов и поняла, что их у мастера больше, чем клиентов в Google Календаре. Начала сопоставлять записи и всё стало понятно. По моим подсчётам, она забрала себе около 50 000 рублей, возможно, даже больше. Восемь лет назад для моей первой маленькой студии это были существенные деньги. Сотрудницу я сразу уволила, но в полицию обращаться не стала.

В 2025 году, когда уже были CRM, управляющие и отчётность, мы столкнулись с другой схемой. Не с прямым воровством денег, а с манипуляцией системой мотивации. У администраторов есть KPI за клиентов, которых они самостоятельно записывают. Одна сотрудница нашла лазейку: клиент самостоятельно записывался онлайн, а администратор удаляла эту запись и создавала её заново уже от своего имени. В системе это выглядело так, будто клиента записала она, и за это ей начислялся дополнительный бонус.

Обнаружили мы это только через два месяца. Управляющая заметила странность и начала разбираться. Выяснилось, что таким способом администратор получила лишними бонусами примерно 10 000−15 000 рублей. Её мы тоже уволили. А главное, сразу закрыли возможность повторения подобной ситуации. Сейчас у администраторов сильно ограничены права в CRM-системе: они не могут самостоятельно удалять записи и менять ряд важных данных. Такие действия доступны только управляющей.

После этих историй я иначе смотрю на контроль сотрудников. Можно сколько угодно говорить о доверии, но если в бизнес-процессе есть техническая возможность незаметно забрать деньги или искусственно увеличить себе зарплату, кто-нибудь может ей воспользоваться.

Задача собственника — не постоянно подозревать сотрудников, а выстроить систему так, чтобы подобные махинации было сложно совершить и легко обнаружить. Именно такие неприятные ситуации лучше всего показывают слабые места в бизнесе.

В 2024 году я наняла сотрудницу в шоурум в центре Санкт-Петербурга, и примерно через месяц она начала проводить деньги мимо кассы. Говорила покупателям, что терминал не работает, и просила сделать перевод на личную карту. Терминалы действительно иногда ломаются, поэтому клиентам такая просьба не казалась странной. Кроме того, она забирала себе часть наличной выручки.

К тому моменту шоурум работал уже пятый год, и до этого с воровством сотрудников я не сталкивалась. Поймала её на одной крупной покупке. К нам приехала девушка из Чехии на мастер-класс по изготовлению украшений. Тогда я сама была в магазине и знала, что клиентка намерена купить фурнитуру на большую сумму — около 114 тысяч рублей. На следующий день ждала поступления этих денег на расчётный счёт, но их не было. Позвонила сотруднице и спросила, как клиентка оплатила покупку. Она ответила, что картой, а потом сказала, что связалась с покупательницей и деньги якобы вернулись обратно.

Я поняла: что-то не сходится. Нашла телефон клиентки в CRM, сама позвонила и спросила, как она расплачивалась. Она ответила, что переводила деньги на карту, и прислала чек. В чеке было имя моей сотрудницы — она просто присвоила эти деньги. Потом мы узнали, что схема была поставлена на поток, но в этот раз всё пошло не по плану: я сама видела клиентку и знала сумму.

Мы стали выяснять, сколько было таких эпизодов. Разместили в своих аккаунтах рилс, рассказали о ситуации и попросили покупателей, которые переводили деньги этой сотруднице, связаться с нами и прислать чеки. Ролик набрал около миллиона просмотров, нам пришло очень много сообщений. Оказывается, она регулярно принимала оплату на свою карту, практически в каждую свою смену.

Сначала сотрудница всё отрицала. Когда у меня на руках уже были доказательства, она пропала и перестала отвечать на звонки. Пришлось обратиться в полицию. Дело длилось около года: нужно было собирать чеки, подтверждать новые эпизоды, ездить в отделение. Юриста я не нанимала, потому что очень повезло с оперуполномоченным и следователем: они объясняли, какие документы нужны и что делать дальше. Я была приятно удивлена качеством их работы.

В итоге сотрудницу признали виновной. Как оказалось, у неё было множество кредитов и даже заложена квартира. Перед судом она вернула около 300 тысяч рублей — ту сумму, которую удалось доказать. Деньги, которые она брала наличными, мы обратно не получили.

После этого случая мы изменили работу в шоуруме. Раньше камеры показывали только онлайн-трансляцию, теперь у нас ведётся запись. Возле кассы повесили табличку «Мы не принимаем оплату на карту», а для наличных завели сейф. Я стала внимательнее относиться к найму, всегда проверяю наличие кредитов и судимостей. Также смотрю через специальные сервисы, как соискатель записан в телефонных книжках других людей.

К счастью, таких случаев больше не было. Но даже если сотрудник кажется надёжным, деньги и поступления нужно регулярно сверять. Теперь для меня главный тревожный сигнал — когда продажи есть, а средств на расчётном счёте или в кассе меньше, чем должно быть. Если же вы поймали сотрудника на воровстве, обязательно обращайтесь в полицию. Разбирательство займёт много времени, но в моём случае только так удалось вернуть хотя бы часть денег.

Для производителя световых фигур и иллюминаций новогодний сезон — горячая пора. Каждый день много отгрузок, работаем в режиме аврала. Шесть лет назад для одного заказа мы сделали нестандартные по размерам световые фигуры оленей. Их стоимость на тот момент была около 50 000 рублей.

Продукция была готова к отгрузке, но у заказчика случился форс-мажор: он отменил машину, которая должна была в тот день приехать и забрать заказ. Этих оленей кладовщик оставил на уличном складе. Территория производства у нас огорожена забором и закрывается, а по периметру установлены камеры.

Через два дня заказчик сообщил, что готов прислать машину. Заместитель начальника по производству, которая отвечала за подготовку товара к отгрузке, пришла и сказала, что этих двух оленей не могут найти. Опросили всех, кто был в тот день: начальника производства, грузчиков, кладовщика. Никто ничего не видел. Главный инженер проверил камеры и выяснил, что часть выхода со склада находится вне зоны видимости. Заказчику быстро изготовили новых оленей и успели в срок к приезду его машины.

Рядом с нами располагаются другие производства, поэтому мы решили спросить руководителей соседних цехов. И нам повезло: одна из камер смотрела как раз в нужную нам сторону. Несколько часов просмотра видео, и мы обнаружили виновников исчезновения наших оленей. В первый момент я не поверила своим глазам. На видео начальник производства подъехал ко вторым воротам склада, а грузчик передал ему оттуда оленей.

Когда на следующий день мы начали разговаривать с виновником, он всё отрицал. Тогда показали ему запись. Он снова попытался отнекиваться, говорил, что это просто похожая машина. Но потом всё-таки признался: световые фигуры ему очень понравились, и он захотел подарить их знакомым. Полицию вызывать не стали. Оленей он вернул — не успел их подарить. После этого мы сразу попрощались с начальником производства и грузчиком. Человек, обманувший один раз, сделает это снова.

На производстве в тот момент работало около сорока человек. Компания семейного типа, вроде бы все как на ладони. Но после этого случая мы поставили больше камер, дополнительно установили замки даже там, где хранятся крупногабаритные товары, ограничили въезд на территорию. Я поняла, что доверие — это хорошо, но контроль и инвентаризация тоже необходимы.

У нас современный семейный медцентр: принимаем взрослых и детей по основным медицинским направлениям, в том числе занимаемся стоматологией. В 2025 году мы обнаружили, что врач самовольно провела пациенту имплантацию нескольких зубов в обход официального учёта. При этом взяла деньги за процедуру.

Имплантацию сделали в нашем центре, но пациента не внесли в медицинскую информационную систему и оплата в кассу от него не поступала. Для операции использовали инструменты и материалы со склада клиники: импланты, расходные и шовные материалы. Кроме того, сотрудники проводили процедуру в своё рабочее время, которое оплачивала компания. Предварительный ущерб мы оценили примерно в 250−300 тысяч рублей с учётом материалов и ортопедической части лечения.

Выявить этот случай удалось довольно быстро. Другие сотрудники уже на следующий день сообщили руководству о проблеме: для пациента заказали дополнительные материалы, но при проверке выяснилось, что такого человека нет в медицинской системе. Мы стали разбираться дальше и обнаружили недостачу расходников, а камеры зафиксировали саму процедуру.

Когда ситуация вскрылась, врач признала произошедшее, но объяснять свои действия не стала. В разговоре с руководителем она сказала: «С вас не убудет». После этого всех сотрудников, причастных к ситуации, мы сразу уволили. В полицию обращаться не стали, а врач и пациент в течение месяца полностью возместили нанесённый ущерб.

Это был единичный случай, но после него мы пересмотрели часть внутренних процессов. Усилили контроль за камерами и системой согласования заказов. Сейчас заявки на дополнительные товары проверяют бухгалтеры. Они смотрят, зарегистрирован ли пациент в медицинской системе, внесена ли предоплата или полная оплата.

Кроме того, стали более внимательно формировать смены. Новые сотрудники теперь работают с более опытными проверенными коллегами, которые могут вовремя заметить расхождения и сообщить о них руководству. В нашем случае именно сочетание разных мер контроля, которые встроены в рабочий процесс, помогло быстро обнаружить проблему.